Обетованная Африка

Илья Аронов
Выпуск #4

План по созданию еврейского государства в Уганде, точнее в Кении, возник с легкой руки британского журналиста, стал рассматриваться в качестве промежуточного решения после Кишинёвского погрома и ненамного пережил Теодора Герцля. Почему раввины были за, а социалисты против, как англичане представляли себе беженцев из восточноевропейских местечек, и что лучше, суверенитет или недвижимость

Герцль и дагестанские делегаты Шестого сионистского конгресса копия.jpg

Безводный Эль-Ариш

Если спросить знакомого с новейшей еврейской историей человека, какие ассоциации у него вызывают слова «Герцль» и «Уганда», он без запинки ответит: за несколько десятилетий до сталинского Биробиджана основоположник сионизма, выросший в ассимилированной семье, был готов создать эрзац-государство в Уганде, но его коллеги-традиционалисты воспротивились. На самом же деле еврейская страна должна была возникнуть на территории современной Кении, а среди тех, кто активно поддержал Теодора Герцля, были религиозные сионисты и даже раввины.

Но не будем забегать вперед. Одним из соратников Герцля был Израэл Зангвилл, британский журналист еврейского происхождения. Сын эмигрантов из Литвы и Польши был территориалистом, выступал за создание государства для своих преследуемых сородичей в любой точке планеты. Именно Зангвиллу приписывается девиз «Страна без народа — народу без страны», который он пытался реализовать на пустынных землях Канады, Австралии, Месопотамии и Ливии.

23 апреля 1903 года Джозеф Чемберлен, британский министр по делам колоний, с подачи Зангвилла предложил Герцлю земли на территории Восточно-Африканского протектората. Самого министра заподозрить в излишних симпатиях к евреям и сионизму было сложно. По мнению историка Давида Виталя, Чемберленом двигали прагматические соображения: необжитую Кению он хотел заселить белыми и неконфликтными, в отличие от южноафриканских буров, людьми. Выходцы из Восточной Европы на эту роль подходили идеально.

Изначально Теодор Герцль воспринял это предложение в штыки, вежливо пояснив министру, что сионисты мечтают о возвращении в Эрец-Исраэль, Страну Израиля, где, собственно, и находится гора Сион. Пользуясь случаем, он попросил Чемберлена поспособствовать расселению евреев на севере Синайского полуострова (так называемый «проект Эль-Ариша»). Уж лучше горстка собратьев на границе Земли обетованной, чем государство непонятно где.

Угандийский, точнее Кенийский, план так бы и остался строчкой в протоколе встречи госчиновника с одной стороны и мечтателя с другой, если бы не Кишинёвский погром. Газеты Европы начали поставлять скудную, но ужасающую информацию о трагическом событии, которое произошло за пару дней до встречи Чемберлена и Герцля: более трети всех домовладений Кишинёва разрушено, 586 евреев ранены, 49 погибли.

Параллельно с этим британские чиновники стали намекать, что план заселения евреями Эль-Ариша кладется под сукно. Технологии начала ХХ века не позволяли организовать бесперебойную подачу вод Нила в пустынный Синай и тем самым поставили крест на сельском хозяйстве будущего города-сада. Лорд Эвелин Бэринг Кроумер, который симпатизировал арабам, был уверен, что даже ограниченное еврейское присутствие в Эль-Арише нанесет ущерб колониальным интересам Великобритании.

Раввин Ицхак-Яаков Раинес именем которого назван иерусалимскии раион Неве-Яаков а фамилиеи улицы израильских городов копия.jpg

Община или народ?

Герцль решил, что Восточная Африка может послужить неплохим временным пристанищем для беженцев из Восточной Европы. Более того, согласие на создание хоть какого-нибудь еврейского государства положительным образом скажется на имидже всех евреев. Именно это внушил основоположнику сионизма его приятель, редактор газеты The Jewish Chronicle Леопольд Гринберг.

В письме от 7 июня 1903 года Гринберг излагает взгляды на план Чемберлена: «Сама по себе Восточная Африка не обладает никаким удельным весом и не станет притягательной для наших соплеменников. Мы не связаны с ней ни исторически, ни морально. Однако у предложения Чемберлена есть огромный политический потенциал: если вам удастся подписать договор с правительством Великобритании, это явит собой исторический прецедент. Впервые за все годы изгнания нас воспримут не как общину, но как народ. Мы сможем отказаться от восточноафриканского плана, но пока что мы заручимся признанием британского правительства. Когда выяснится, что Восточная Африка евреям не подходит, появятся другие предложения, и таким образом будет прокладываться дорога в Страну Израиля — мало-помалу, но уверенно».

В августе того же года открылся Шестой сионистский конгресс. Герцль представил Восточноафриканский план, который на каком-то этапе стал называться Угандийским. Представители российских евреев этот план поначалу одобрили, тем более что до этого была ожесточенная дискуссия, касавшаяся денег сионистского движения, которые Герцль потратил на бесплодный и безводный Эль-Ариш. Произошло ровно то, что описывает Роберт Чалдини в «Психологии влияния»: человек, который пару минут назад приобрел дорогую вещь, с легкостью поддастся чарам продавца, совершив покупку подешевле.

Выступая на церемонии открытия конгресса, Герцль назвал Восточную Африку «временным местом национального заселения» и призвал спасти «тех, кого еще можно спасти». После бурных аплодисментов начались прения. Хаим Вейцман, юный студент из Пинска, которому суждено будет стать первым президентом государства Израиль, крикнул, что идти на поводу у Великобритании нельзя и что англичане могут сформулировать гораздо более выгодное для сионистов предложение. Земляки Вейцмана даже объявили голодовку в знак протеста, заперлись в отдельной комнате и на робкие просьбы Теодора Герцля вернуться в зал заседаний отвечали криками «Предатель!».

Israel-zangwill-Appleton-Magazine-NYC-1904 копия.jpg

Помирить Талмуд и сионизм

В отличие от российских евреев, в массе своей нерелигиозных и социалистически настроенных, представители религиозно-сионистского движения «Мизрахи» во главе с уроженцем белорусского Карлина раввином Ицхаком-Яаковом Райнесом Угандийский план поддержали. В частности, потому что он идеально вписывался в раннюю концепцию религиозного сионизма. С одной стороны, в Талмуде приводится запрет искусственно приближать эпоху мессианского Избавления. С другой, Райнес считал герцлианский сионизм исключительно материалистическим, ничего общего с грядущим приходом Мессии не имеющим. Евреи страдают в странах А, Б и В, Герцль поможет им переселиться в страну Г, и не важно, где она будет находиться. Ничего общего с построением Третьего Храма, воскрешением из мертвых и прочими чудесами, которые произойдут, когда Б-г того захочет. И талмудические запреты не нарушены, и обездоленные спасены.

Раввин Райнес справедливо полагал, что для существования иудаизма нужны евреи, а духовный рост невозможен без материального благополучия. Лидер движения «Мизрахи» никоим образом не отказывался от еврейского права на Страну Израиля и на многочисленных совещаниях сионистского конгресса был единственным оратором, который выступал на иврите. В ходе прений по Угандийскому плану он сказал: «Отказ от возможности создать страну-убежище для десятков тысяч собратьев противоречит и Торе, и здравому смыслу. Пока мы не можем направиться в Сион, на нас лежит святая обязанность основать, не важно где, страну-убежище для этих несчастных».

В личном письме Герцлю раввин еще раз подчеркнул, что никоим образом не отказывается от тысячелетних надежд еврейского народа на возвращение в Иерусалим: «Наше согласие на Африку не является отказом от святого Иерусалима. Наоборот, согласие на Африку вызвано желанием спасти значительную часть нашего народа, обеспечив ему духовное и материальное благополучие. Если в мире не будет евреев, не будет и Сиона, а пока будут евреи, не пропадет и надежда на возвращение в Сион».

Джозеф Чемберлен министр по делам колонии предпочитавшии евреев бурам копия.jpg

Хозяин Екатеринослава

В конце концов противники и защитники Угандийского плана согласились на тактический компромисс. Был создан небольшой комитет, ответственный за связи с британскими чиновниками и продвижение плана. Комитет, в свою очередь, должен направить делегацию в Восточную Африку, чтобы впоследствии получить авторитетное экспертное мнение о предложенной евреям территории.

Но российские сионисты не дремали. Они сформировали группу «Ционей-Цион» («Сионисты Сиона»), которая отвергала любые территориальные компромиссы, выступая за еврейское заселение Страны Израиля, находившейся в те годы под контролем Османской империи. Группу возглавили Менахем Усышкин, Иехиэль Членов, Шмарьягу Левин и другие.

Однако в результате Угандийский план был одобрен: 295 участников Шестого сионистского конгресса выступили за и 178 против. Усышкин и Герцль обменялись серией открытых писем. Российский представитель заявил, что вопросы, противоречащие идеологии политического движения, не могут решаться обычным голосованием и что он в знак протеста покидает исполнительный комитет сионистского движения. Герцль в долгу не остался, раскритиковав идею Усышкина скупать земельные участки в Эрец-Исраэль: «Даже если мой оппонент приобретет город Екатеринослав, в котором он имеет удовольствие проживать, это не повлияет на тот факт, что настоящим хозяином места останется русский царь. Евреям нужен суверенитет, а не просто земля».

В конечном итоге Угандийский план сошел с повестки дня. В конце 1903 года Джозеф Чемберлен покинул пост министра по делам колоний. В то же время британские подданные, проживавшие в Восточной Африке, начали протестовать против эмиграции «мелких торгашей в лохмотьях, которые будут торговать мылом и расческами», как охарактеризовала их газета East African Standard.

В 1904 году Теодор Герцль скоропостижно скончался. Тем временем из Кении вернулась экспедиция в составе британского офицера Хилла Гиббонса, представителя сионистского движения Нахума Вильбушевича и швейцарского ботаника Альфреда Кайзера. Отчет на 24 страницах, с 24 фотографиями и тремя картами, вбил последний гвоздь в гроб Угандийского плана. По воспоминаниям Вильбушевича, участники экспедиции пришли к единому мнению: «В месте, где ничего нет, нельзя ничего сделать». jm